Слёзы по видеосвязи: как звёздные блогерши пытаются «достучаться» до Кремля на фоне блокировок интернета

С началом блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и участившихся отключений интернета в целом — мер, ударивших уже не по отдельным «неблагонадёжным» группам, а практически по всей стране, — раздражение в адрес высшего руководства стало расти заметно быстрее. Если раньше недовольство чаще исходило от оппонентов режима, то теперь к критике присоединяются и его вчерашние сторонники, открыто называющие человека у власти военным преступником и «случайным человеком во главе государства».

Обычными пропагандистскими приёмами на телевидении и в аффилированных медиа этот всплеск недовольства уже не перекрыть. Витает ощущение растерянности: старые методы не работают, а новые ещё не придуманы.

И в этот момент на сцену выходят обитательницы запрещённого в России Instagram* с многомиллионной аудиторией.

Первой «от лица народа» выступила много лет живущая в Монако блогерша Виктория Боня с аудиторией более 12 миллионов подписчиков. Она записала к главе государства 18‑минутное видеообращение. Начала с утверждения, что его боятся все — и обычные люди, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и народом огромная толстая стена». Затем перешла к текущей повестке: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, который планируют принять «во времена вашего правления», до массового уничтожения скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Речь была выстроена в формате «за здравие»: с заверениями в поддержке, упоминанием «наших мальчиков» на фронте, признаниями в любви к России и её народу. Появление стены между властью и людьми Боня объяснила тем, что до первого лица просто не доходит правда: в интернете он якобы не сидит, информацию получает «на бумажке». Звезда соцсетей даже предложила создать специальную платформу, где глава государства мог бы видеть обращения граждан напрямую — некий аналог уже существующих «соцсетей правды».

Логика такого подхода напоминает старомодную идею народных челобитных: поставить у Кремля столик, куда жалобщики и энтузиасты будут складывать письма с проектами «улучшения всего сущего», а охраняющий их офицер не позволит «врагам растащить народную боль». Высшее должностное лицо, по замыслу, будет каждое утро лично забирать эти послания.

Вывод Бони однозначен: стену между народом и «дорогим гарантом», которую возвели «шушера» в лице депутатов и прочих вельмож, нужно срочно разрушать, иначе будет плохо.

Почти сразу же её позицию «поддержала и дополнила» другая инстаграм‑блогерша, Айза. Она тоже говорит о любви к России и её народу — и тоже из‑за границы. В своём обращении она почти по пунктам повторяет тезисы Бони: и про «заблокированную» правду, которая не доходит до «главного хранителя россиян», и про «зажравшихся депутатов» с миллиардами и иностранными паспортами, и про отечественный мессенджер Mah, который она якобы скачала для связи с родителями в России и который, по её мнению, нужно «просто сделать хорошим», чтобы он заменил Instagram и Telegram.

Завершила этот патриотический онлайн‑марафон телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Без лишних сантиментов она заявила, что пока глава государства «отвлечён на решение внешнеэкономических и политических задач», внутри страны против него работает некая группа, стремящаяся подорвать доверие к первому лицу и «вытолкнуть этот несчастный и обездоленный народ на улицу». Всё это, по её версии, — провокация перед выборами в Госдуму, а «власть и спецслужбы должны обратить на это внимание» и расправиться с «пятой колонной».

В Кремле на видео Бони, собравшее более 23 миллионов просмотров, отреагировали быстро. Пресс‑секретарь президента заявил, что по обозначенным в ролике проблемам уже ведётся «большая работа, задействовано большое количество людей, и это всё не оставлено без внимания». Узнав об этом, Боня, сияя от счастья и рыдая, записывает новый ролик, где просит «не приплетать» её к зарубежным СМИ, анализировавшим её обращение: она, по её словам, «не с ними, а с народом и внутри народа».

В кадре — красная футболка, напоминающая турецкий флаг, слёзы, вскинутые к небу руки, благодарности в адрес пресс‑секретаря и президента. «Спасибо, Господи!» — восклицает блогерша и, трогая себя за грудь, демонстрирует предельную искренность и восторг. На фоне этой бурлящей эмоциональности даже самые вычурные политические жесты мировых миллиардеров выглядят как провинциальный капустник.

Эксперты, журналисты и активная часть сетевой аудитории наперебой предлагают версии происходящего. Одни говорят о подковёрной борьбе элит, которым надоел лидер, дотянувшийся уже и до них. Другие видят в истории попытку администрации выпустить пар общественного недовольства в безопасный инстаграм‑свисток, разыграв старую карту про «плохих бояр и хорошего царя». Третьи верят в личную инициативу блогерш. Четвёртые традиционно обвиняют Запад, «раскачивающий лодку», и объявляют Боню «новым Навальным», якобы готовящим российский майдан.

Но для власти все версии плохи: в сухом остатке они фиксируют накапливающееся раздражение уже не в отдельных социальных группах, а повсеместно. Четыре года страна живёт в режиме эксперимента: людям ясно дают понять, что пока этот человек у руля, нормальной жизни не будет, а вместо неё — тот ад, который он сочтёт нужным устроить. Мобилизация, тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кого сделали пушечным мясом, и вернувшиеся с фронта убийцы в роли «новой элиты». Тюрьма за малейшую антивоенную активность и сплошная военная пропаганда, начинающаяся с детского сада.

Долгое время общество пыталось делать вид, что «понимает» и терпит. Но терпение закончилось, когда власть полезла в самое необходимое — коммуникации. Интернет, мессенджеры, привычные сервисы оказались важнее, чем казалось наверху. Советское представление об информационных потоках, которым живёт нынешний политический класс, этой реальности не схватывает.

В одном с Боней трудно спорить: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Отступит ли власть? Возможно, на какое‑то время. Зарубежные агентства сообщают, что российские чиновники решили повременить с самыми жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но параллельно власти объявляют о вложении дополнительных 12 миллиардов рублей в инфраструктуру, отвечающую за цензуру и блокировки. Любой шаг назад в таких условиях выглядит не стратегическим разворотом, а тактической паузой.

Страна уже видела, как руководство делает шаг назад только для того, чтобы затем ещё сильнее затянуть гайки. Это стиль системы, менять который поздно: точка невозврата пройдена, а отступать, по сути, некуда. Альтернатива кабинету на Старой площади — либо международный трибунал, либо куда более мрачные сценарии.

И напоследок — пару слов самой Виктории. Во «времена правления» того, кому вы с таким религиозным восторгом шлёте челобитные, уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который вы так любите из далёкого Монако. И делает это тот самый человек, чьё имя вы произносите сквозь слёзы благодарности. Возможно, стоит вспомнить об этом, когда будете записывать очередное эмоциональное обращение.

*Соцсеть Instagram запрещена в России; принадлежит компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой на территории РФ.