Физик объяснил, как война и репрессивная политика бьют по российской науке

Российский химик и специалист в области нанотехнологий Александр Кабанов, включённый Минюстом в реестр «иноагентов», с 1990‑х годов живёт и работает в США. Он занимает должность заслуженного профессора Университета Северной Каролины и возглавляет Центр нанотехнологий в доставке лекарств. На его счету свыше 350 научных публикаций и не менее 36 патентов США, совокупное число ссылок на его работы превышает 57 000, индекс Хирша — 120.

Физик Андрей Ростовцев, один из создателей проекта «Диссернет», подчёркивает, что Кабанов внёс заметный вклад и в развитие российской науки, в том числе в формирование новых научных направлений.

«Он действительно был глубоко предан своему делу и делал всё возможное, чтобы вырастить научную школу, помогать молодым исследователям публиковать результаты в престижных международных журналах. К несчастью, сегодня Россия ведёт себя как варвар, демонстративно унижая тех, кто долгие годы оказывал ей всестороннюю помощь и поддержку», — говорит Ростовцев.

По его словам, затянувшаяся война создала условия, при которых на первый план выходят посредственные фигуры — как в политике, так и в сфере науки и образования.

«Один мой хороший знакомый говорил, что раньше эту посредственность можно было легко загнать тапком обратно под плинтус, из‑под которого она выползала. Сейчас, в атмосфере разрушающейся правовой системы, такое противодействие стало невозможным и даже опасным. Ведущие мировые научные центры один за другим признаются в России нежелательными, научно развитые страны объявляются недружественными и враждебными. Неудивительно, что и отдельные учёные, пытающиеся сохранять контакты с русскоязычной аудиторией, получают клеймо “иноагентов”. Это симптом очень тяжёлой болезни», — считает Ростовцев.

Неделей ранее в список «нежелательных организаций» был внесён Стэнфордский университет, а министр науки и высшего образования Валерий Фальков потребовал от российских вузов направить в армию 2% студентов.